Неточные совпадения
— Пойди ты сладь с нею!
в пот
бросила, проклятая старуха!» Тут он, вынувши из
кармана платок, начал отирать пот,
в самом деле выступивший на лбу.
Под камнем образовалось небольшое углубление; тотчас же стал он
бросать в него все из
кармана.
Он пошел к печке, отворил ее и начал шарить
в золе: кусочки бахромы от панталон и лоскутья разорванного
кармана так и валялись, как он их тогда
бросил, стало быть никто не смотрел!
«Да, вот и меня так же», — неотвязно вертелась одна и та же мысль,
в одних и тех же словах, холодных, как сухой и звонкий морозный воздух кладбища. Потом Ногайцев долго и охотно
бросал в могилу мерзлые комья земли, а Орехова
бросила один, — но большой. Дронов стоял, сунув шапку под мышку, руки
в карманы пальто, и красными глазами смотрел под ноги себе.
— Не ожидал я, что ты пьешь… не знал, — сказал Самгин. Дронов вынул из
кармана бутылку и помахал ею пред лицом его, — бутылка была полная,
в ней не хватало, может быть, глотка. Дронов размахнулся и
бросил ее далеко от себя, бутылка звонко взорвалась.
Осторожно, не делая резких движений, Самгин вынул портсигар, папиросу, — спичек
в кармане не оказалось, спички лежали на столе. Тогда он, спрятав портсигар,
бросил папиросу на стол и сунул руки
в карманы. Стоять среди комнаты было глупо, но двигаться не хотелось, — он стоял и прислушивался к непривычному ощущению грустной, но приятной легкости.
Я вертел
в руках обе сигары с крайнею недоверчивостью: «Сделаны вчера, сегодня, — говорил я, — нашел чем угостить!» — и готов был
бросить за окно, но из учтивости спрятал
в карман, с намерением
бросить, лишь только сяду
в карету.
— Лупи его, сажай
в него, Смуров! — закричали все. Но Смуров (левша) и без того не заставил ждать себя и тотчас отплатил: он
бросил камнем
в мальчика за канавкой, но неудачно: камень ударился
в землю. Мальчик за канавкой тотчас же пустил еще
в группу камень, на этот раз прямо
в Алешу, и довольно больно ударил его
в плечо. У мальчишки за канавкой весь
карман был полон заготовленными камнями. Это видно было за тридцать шагов по отдувшимся
карманам его пальтишка.
Он опять выхватил из
кармана свою пачку кредиток, снял три радужных,
бросил на прилавок и спеша вышел из лавки. Все за ним последовали и, кланяясь, провожали с приветствиями и пожеланиями. Андрей крякнул от только что выпитого коньяку и вскочил на сиденье. Но едва только Митя начал садиться, как вдруг пред ним совсем неожиданно очутилась Феня. Она прибежала вся запыхавшись, с криком сложила пред ним руки и бухнулась ему
в ноги...
Устав ходить и думать, он сел на диван перед лампой и машинально открыл данное ему на память англичанином Евангелие, которое он, выбирая то, что было
в карманах,
бросил на стол. «Говорят, там разрешение всего», — подумал он и, открыв Евангелие, начал читать там, где открылось. Матфея гл. XVIII.
Она вздрогнула, потом вдруг вынула из
кармана ключ, которым заперла дверь, и
бросила ему
в ноги. После этого руки у ней упали неподвижно, она взглянула на Райского мутно, сильно оттолкнула его, повела глазами вокруг себя, схватила себя обеими руками за голову — и испустила крик, так что Райский испугался и не рад был, что вздумал будить женское заснувшее чувство.
А потом и
бросил ту фразу о персидской ромашке… Швырнул
в затылок стоявшего на Садовой городового окурок сигары, достал из
кармана свежую, закурил и отрекомендовался...
— Вот эти письма (Аглая вынула из
кармана три письма
в трех конвертах и
бросила их пред князем).
— Конечно, трудно понять, но это — вроде игрока, который
бросает на стол последний червонец, а
в кармане держит уже приготовленный револьвер, — вот смысл его предложения. Девять из десяти шансов, что она его предложение не примет; но на одну десятую шансов, стало быть, он все же рассчитывал, и, признаюсь, это очень любопытно, по-моему, впрочем… впрочем, тут могло быть исступление, тот же «двойник», как вы сейчас так хорошо сказали.
Она вынула из
кармана подлинную исповедь княжны Маргариты Дмитриевны Шестовой, зажгла ее на свечке,
бросила в камин и быстро потушила свечи и лампы.
Пашни лежат запустелые, потому что хотя и пробовали сгоряча на первых порах пахать, но напахали себе
в карман и
бросили.
Вместо ответа Вася схватил камень и запустил им
в медного заводовладельца. Вот тебе, кикимора!.. Нюрочке тоже хотелось
бросить камнем, но она не посмела. Ей опять сделалось весело, и с горы она побежала за Васей, расставив широко руки, как делал он. На мосту Вася набрал шлаку и заставил ее
бросать им
в плававших у берега уток. Этот пестрый стекловидный шлак так понравился Нюрочке, что она набила им полные
карманы своей шубки, причем порезала руку.
Может быть, зимой, когда сосчитаны барыши, эти последние и сознают себя добрыми буржуа, но летом они, наравне с самым последним кельнером, продают душу наезжему человеку и не имеют иного критериума для оценки вещей и людей, кроме того, сколько то или другое событие, тот или другой"гость"
бросят им лишних пфеннигов
в карман.
Она встала и, не умываясь, не молясь богу, начала прибирать комнату.
В кухне на глаза ей попалась палка с куском кумача, она неприязненно взяла ее
в руки и хотела сунуть под печку, но, вздохнув, сняла с нее обрывок знамени, тщательно сложила красный лоскут и спрятала его
в карман, а палку переломила о колено и
бросила на шесток. Потом вымыла окна и пол холодной водой, поставила самовар, оделась. Села
в кухне у окна, и снова перед нею встал вопрос...
Я передал дальше. Через пять минут монета опять пришла ко мне. Гимназисты от скуки забавлялись тем, что не давали этим трем копейкам достигнуть своего Назначения. Я
в это время собирал на что-то деньги и опускал их
в копилку. Зажал монету
в руке и стал ждать, скажет ли мой сосед: «Что ж не передаешь дальше?» Никто ничего не заметил. Я спустил деньгу
в карман, а дома
бросил в копилку.
— То, что я не говорил вам, но, думая хоть каким-нибудь путем выбиться, — написал повесть и послал ее
в Петербург,
в одну редакцию, где она провалялась около года, и теперь получил назад при этом письме. Не хотите ли полюбопытствовать и прочесть? — проговорил Калинович и
бросил из
кармана на стол письмо, которое Петр Михайлыч взял и стал было читать про себя.
Лакей поклонился и вышел. Калинович поспешил переодеться
в свою единственную фрачную пару, а прочее платье свое
бросил в чемодан, запер его и ключ положил себе
в карман, из опасенья, чтоб княжеская прислуга не стала рассматривать и осмеивать его гардероба,
в котором были и заштопанные голландские рубашки, и поношенные жилеты, и с расколотою деревянной ручкой бритвенная кисточка.
В плохие или, так сказать,
в «пиджачные» времена, когда
в кармане не сказывались дома лишние «пенензы», когда жаль было лишний рубль
бросить на пропитание
в модном ресторане и когда не предстояло случая попасть на обед
в какое-нибудь аристократическое семейство, пан грабя зачастую направлял алчущие стопы свои «до пршияцéля Анзельма» и снисходительно пользовался его офицерской похлебкой.
«Надо бы как-нибудь поосторожнее вынуть его оттуда и уничтожить, лишь бы только не заметили», — домекнулся Ардальон Михайлович и, улучив минутку, по-видимому, самую удобную, запустил руку
в карман и сжал
в кулак скомканное письмо, с намерением при первой возможности
бросить его куда-нибудь
в сторону, когда станут уходить из квартиры или садиться
в карету.
Он имел присутствие духа вынуть из
кармана записку со словами: «Измена — смерть любви», вложил ее
в уже похолодевшую правую руку молодой девушки и тогда только вышел,
бросив на лежавшую последний взгляд. Этот взгляд выражал не сожаление, а лишь неудовлетворенное плотское чувство.
За этим пароксизмом последовал быстрый упадок сил. Пепко сел на пол и умолк.
В единственное окно моего гроба глядело уже летнее утро. Какой-то нерешительный свет бродил по дешевеньким обоям, по расщелявшемуся деревянному полу, по гробовой крышке-потолку, точно чего-то искал и не находил. Пепко сидел, презрительно мотал головой и, взглядывая на меня, еще более презрительно фыркал. Потом он достал из
кармана несколько написанных листов и,
бросив их мне
в физиономию, проворчал...
Одно Варварино платье привлекло внимание Передонова. Оно было
в оборках, бантиках, лентах, словно нарочно сшито, чтобы можно было спрятать кого-нибудь. Передонов долго рассматривал его, потом с усилием, при помощи ножа, вырвал, отчасти вырезал
карман,
бросил его
в печку, а затем принялся рвать и резать на мелкие куски все платье.
В его голове бродили смутные, странные мысли, а на душе было безнадежно тоскливо.
Мольер (испуганно улыбаясь). Верный ученик мой, актер де Лагранж… проводил. У меня, изволите ли видеть, случился сердечный припадок, и я один дойти не мог… Надеюсь, я ничем не прогневил ваше величество? (Пауза.) У меня, изволите ли… несчастье случилось… извините за беспорядок
в туалете. Мадлена Бежар скончалась вчера, а жена моя, Арманда,
в тот же час бежала из дому… Все
бросила… Платья, вообразите… комод… кольца… и безумную записку оставила… (Вынимает из
кармана какой-то лоскут, заискивающе улыбается.)
Я пистолет
в карман, да и был таков, а как
в крепость входил, тут у крепостных ворот пистолет
в крапиву и
бросил.
На вопрос мой, что будет стоить пара, которую мне, поступившему на полугодичном праве, придется скоро
бросить, Шварц запросил 70 руб., тогда как у меня
в кармане не было и семи.
Волынской смутился, как бы пойманный
в преступлении, поспешил спрятать закладку
в карман,
бросил взоры наугад
в книгу и, настроив свой голос на высокий лад, прочел...
— Так я скажу тебе это… Ты подстерег несчастного молодого человека, который жил у Безымянных, убил его и ограбил. Затем пошел
в избу, где жил покойный, и вытащенным из
кармана твоей жертвы ключом, отпер ее, взял, что было там ценного,
бросил ключ, быть может,
в реку, остальную часть ночи провел, обдумывая, куда спрятать его деньги и, быть может, золотые вещи, и спрятал их. Не беспокойся, мы найдем их.
Они пустились бежать. Спасательный обруч она
бросила, как только вышла на берег. И Теркина начинала пробирать дрожь. Платье прилипло еще плотнее, чем
в воде.
В боковом
кармане визитки он чувствовал толстый бумажник,
в нем лежали взятые на дорогу деньги и нужные документы. И к груди, производя ощущение чесотки, прилипла замшевая большая сумка с половиной всей суммы, спасенной ими обоими.
После обеда гимназист вернулся
в свою комнату, вынул из
кармана купон и мелочь и
бросил на стол, а потом снял мундир, надел куртку. Сначала гимназист взялся за истрепанную латинскую грамматику, потом запер дверь на крючок, смел рукой со стола
в ящик деньги, достал из ящика гильзы, насыпал одну, заткнул ватой и стал курить.
— Вы подлец вдвойне! —
бросила она ему
в лицо, пряча бумагу
в карман.
Поручик Маврин схватил его за руку, мучительно сжал её у кисти, револьвер глухо выстрелил
в кармане, затем рука Якова с резкой болью как бы сломалась
в локте, вырвалась из
кармана, поручик взял из его пальцев револьвер и,
бросив его на кресло, сказал...
— Так! — сказал человек с чёрной бородой, откинулся на спинку кресла, расправил бороду обеими руками, поиграл карандашом,
бросил его на стол и сунул руки
в карманы брюк. Мучительно долго молчал, потом раздельно и строго спросил...
Он, не считая, полной горстью их
в карман кладет, не считая и
бросает.
Челкаш, испуганный, изумленный и озлобленный, сидел на песке, откинувшись назад и упираясь
в него руками, сидел, молчал и страшно таращил глаза на парня, уткнувшегося головой
в его колени и шептавшего, задыхаясь, свои мольбы. Он оттолкнул его наконец, вскочил на ноги и, сунув руку
в карман,
бросил в Гаврилу бумажки.
— Ладно, Василь,
брошу, — кротко успокоил Еремей и, улучив минуту, быстро сунул
в карман штучку да еще сверху прижал ладонью; поправил бороду и насупился.
Сыромятов. Познакомь, так увидим… не ударим лицом
в грязь… обращение понимаем… Можем
карманом тряхнуть; чай, сам знаешь, мы цыганкам за песни по триста рублей
бросали!..
Михаил. У меня нервы болят, пойми! Я иду на фабрику и — вот! (Вынимает из
кармана револьвер.) Меня ненавидят благодаря этому болвану! И я не могу
бросить дело — ты первый осудил бы меня за это.
В нем весь наш капитал. Уйди я — этот лысый идиот все погубит.
Сеньор, весь этот андалузский край
Был наш когда-то. Нам принадлежал
Весь кругозор, что обнимает око
С зубчатых башен царственной Альгамбры[20],
В ту пору я, быть может, пожалел бы
О родине, как о своем добре;
Но ныне проку мало
в ней, и я
Давно пустые
бросил предрассудки;
Я родиной считаю всякий край,
Где золото мне сыплется
в карманы.
Не могу иначе как смирением назвать чувство, которое вместе с холодом от реки легким ознобом проникло
в меня… нет, не знаю, как это случилось, но от самых вершин мудрости и понимания, на которых я только что был, я внезапно спустился
в такой трепет,
в такое чувство малости своей и страха, что пальцы мои
в кармане сразу высохли, застыли и согнулись, как птичьи лапы. «Струсил!» — подумал я, чувствуя жестокий страх перед смертью, которую готовил себе, и забывая, что гирьки я
бросил раньше, и от самоубийства отказался раньше, нежели почувствовал страх.
Как убедиться
в том, что всю свою жизнь не будешь служить исключительно глупому любопытству толпы (и хорошо еще, если только любопытству, а не чему-нибудь иному, возбуждению скверных инстинктов, например) и тщеславию какого-нибудь разбогатевшего желудка на ногах, который не спеша подойдет к моей пережитой, выстраданной, дорогой картине, писанной не кистью и красками, а нервами и кровью, пробурчит: «мм… ничего себе», сунет руку
в оттопырившийся
карман,
бросит мне несколько сот рублей и унесет ее от меня.
Пистолет шел рядом с Вавилой, но не смотрел на него. Ружье держал под мышкой вниз дулом, руки
в карманах потертой короткой куртки из толстого синего драпа. На голове его кожаный картуз, большой козырек закрывал глаза,
бросая на лицо черную тень.
— Зачем было все это говорить? — произнес он,
бросая папиросу
в карман. — Разве ты сама не пользовалась всем этим?
Он заранее вынул его из
кармана и, зажав
в маленький твердый комок, держал
в правой руке; потом осторожно расправил его и быстро махнул, но не вверх, а вперед, словно
бросал что.
(Разом ища
в обоих ящиках и вдруг, побледнев даже, восклицает.) Они, кажется!.. Так и есть!.. (Вынимая из ящика две бумаги и потрясая ими
в воздухе.) Вон они, мои сокровища!.. (Кладет бумаги себе
в карман.) Ну, уж она теперь у меня не увернется, шалит!.. (Обращаясь к лакею и плотнику,
в недоумении смотревших на него.) Отнесите все это назад и
бросьте на пол!..
Машенька вспомнила, что у нее
в корзине под простынями лежат сладости, которые она, по старой институтской привычке, прятала за обедом
в карман и уносила к себе
в комнату. От мысли, что эта ее маленькая тайна уже известна хозяевам, ее
бросило в жар, стало стыдно, и от всего этого — от страха, стыда, от обиды — началось сильное сердцебиение, которое отдавало
в виски,
в руки, глубоко
в живот.